«МК» в Питере»

Самый долгий, самый продуктивный и самый свободный период моей работы. Свобода была, разумеется, относительной (полной свободы нет ни в одном СМИ в мире). И проистекала из характера взаимоотношений газеты с ее хозяевами. А их было двое — центральная редакция «Московского комсомольца» и петербургское Агентство журналистских расследований, которое еженедельно выпускало газету «МК» в Питере» по франшизе...

Зигмунд Фрейд
Криминал

Теракт по Фрейду

Как в 1986 году в Ленинграде случайно предотвратили грандиозный взрыв на станции метро.

Казаки-некрасовцы
Выжившие

250 лет без России

Казаки-некрасовцы сохранили себя на чужбине, чтобы потеряться на Родине.

ТОП
«МК» в Питере»

Новое в моем блоге

Моя книга

«Воскрешение Лазаря»

Лауреат национальной премии «Рукопись года»
Подробнее
кнопка вверх для сайта

О газете
«МК» в Питере»

Самый долгий, самый продуктивный и самый свободный период моей работы. Свобода была, разумеется, относительной (полной свободы нет ни в одном СМИ в мире). И проистекала из характера взаимоотношений газеты с ее хозяевами. А их было двое — центральная редакция «Московского комсомольца» и петербургское Агентство журналистских расследований, которое еженедельно выпускало газету «МК» в Питере» по франшизе. Газета состояла из двух частей — московской и петербургской. Московскую часть мы получали из центральной редакции (это была нарезка материалов, вышедших на предыдущей неделе в ежедневном «Московском комсомольце»), а питерские полосы (их было больше половины от всего номера) делали сами. И для московских, и для петербургских хозяев «МК» в Питере» был в общем то побочным продуктом. Для АЖУРа главным делом была Фонтанка, для центральной редакции МК — основной ежедневный выпуск «Московского комсомольца». А от «МК» в Питере» и тем, и другим были нужны прежде всего доходы от собираемой рекламы. Парадокс, но при очень сильном ежедневном выпуске МК, нам из Москвы присылали много всякого шлака. Дело в том, что этой работой — подготовкой текстов для региональных выпусков («МК» в Питере», «МК» в Белоруссии», «МК» в Воронеже» и т. п.) — занималась специальная редакция. Очень малочисленная и не очень профессиональная. Ее сил и талантов на качественную редакторскую работу не хватало. Тексты, которые они отбирали для регионов, надо было часто сокращать, порой в два раза. Потому что московская ежедневная газета была в два раза большего формата (А2, а региональные выпуски — А3) и позволяла себе огромные тексты. Сильно сокращать большие тексты без потери смысла непросто. Поэтому сплошь и рядом мы получали из Москвы сверстанные тексты-кирпичи с огромным массивом текста и одной двумя маленькими задавленными фотографиями. Такие убогие полосы в журналистике называются «слепыми». Два человека (редактор и верстальщик) в Москве готовили полосы для более чем 60-ти региональных выпусков. Да к тому же с тематическими перекосами (прикрепляю для примера пару документов той поры — два моих письма в центральную редакцию). Еще одна проблема: в московском выпуске значительная часть текстов была посвящена московским темам и для регионов была вообще не пригодна. Но, повторюсь, центральную редакцию устраивало такое положение дел. Мы были нелюбимым дитя двух нянек, которым было не до нас. Но именно отсюда и проистекала наша свобода. Никому кроме маленького редакционного коллектива «МК» в Питере» эта газета по-настоящему была не нужна. И мы по большому счету делали, что хотели. Но перед нами, как своего рода расплата за эту свободу, стояла задача делать такие местные полосы, чтобы они спасали всю газету. Мы сами поставили себе эту задачу. Я сознательно сделал ставку на тексты-гвозди, на яркие материалы, на оригинальную их подачу и неожиданные повороты в раскрытии тем. Москва, видя, что мы хорошо работаем и что наши тиражи ведут себя хорошо, не особенно нас опекала и дергала и многое позволяла. Например, мы сами, как хотели, формировали обложку, снимали неработающие московские анонсы, переформулировали их, или меняли на анонсы своих питерских текстов. И эта тактика себя оправдала. В том время как тиражи наших конкурентов — питерских «Комсомолки» и АиФа — сыпались на глазах, мы держались. Я описал общую схему наших взаимоотношений с центральным МК и АЖУРом, которая была ущербна по своей сути. Но нельзя мазать эти отношения лишь черной краской. Мы в своей работе извлекали из них и много полезного. Очень много интересных идей и тем рождалось на планерках АЖУРа, куда я раз в неделю ходил. Время от времени журналисты других изданий этого медиахолдинга писали нам тексты, помогали с информацией, как собственно и наши журналисты бывали полезны этим изданиям. Да и центральный МК присылал не только шлак. Приходили от них и очень яркие тексты. А иногда мы прятались друг за друга. Какие-то свои скандальные тексты, мы по договоренности с Москвой выдавали за московские, чтобы у нас после них было меньше проблем. Москва тоже периодически размещала какие-то свои материалы на наших полосах.

Мы удерживали тираж вопреки всему. Посудите сами: конкуренты — АиФ и КП-«Толстушка» были толще ( у них было в полтора-два раза больше полос), стоили дешевле, все их полосы были цветными, а у нас почти половина газеты (московские полосы)— черно-белая. Но при этом мы держали тираж, а они нет. Конечно, главная заслуга в том принадлежала нашему маленькому, но высококлассному коллективу, насчитывавшему в среднем 5-7 пишущих человек. За 12 лет он менялся. Так что всего речь идет о десятке человек. И я, правда, считаю, что это были лучшие перья страны. Судьба свела нас всех в одну команду, а потом у каждого был свой путь. Куда бы он вас не привел, дорогие коллеги, мне хочется верить, что наш общий эмкашный период оставил яркий след в вашей жизни и творчестве. По крайней мере, я вспоминаю о нем и о вас с ностальгией. Некоторые свои тексты вы найдете на этом сайте, как примеры высшего журналистского мастерства.

Как я критиковал московское начальство, а оно меня. Два примера служебной переписки.

Я уже не в первый раз пытаюсь анализировать московские полосы. И каждый раз приходится писать почти одно и тоже. Поэтому воспроизведу частично свое предыдущее письмо от 31.07.12 (эти фрагменты даю курсивом, а дополнения сегодняшнего дня — обычным шрифтом). С тех пор московские полосы не сильно изменились.

«Московский контент за годы моей работы и по сей день, по-прежнему, грешит следующим:

— Мало того, что есть крен в политику, так внутри нее есть еще крен в публицистику. Мало фактов, много мнений. По-хорошему, на мой взгляд, в номере должен быть один яркий публицистический текст. Не больше».

У вас сейчас даже информационные тексты пишутся, как публицистические. Особенно «фееричен» Ростовский. Все его тексты — это, по сути, публицистика, но, в отличие от Минкина, не яркая, а очень бледная и двуликая (ни нашим, ни вашим), высосанная из пальца. Да еще тематически близкие тексты разнесены по разным полосам. Номер 40 возьмем. На полосе «острый угол» текст Ростовского «Что будет делать преемник Володина». На полосе «вертикаль власти» (а эти полосы даже не соседние) — «Госдума имени Володина». Мало того, что в заголовках одна и та же фамилия, так еще и тема схожая и по логике один текст продолжает другой, но только не в той последовательности, как у вас. В газете смысловое продолжение идет раньше смыслового начала. И кстати, текст «Что будет делать преемник Володина» непонятно почему стоит в разделе «острый угол» — в нем нет ничего острого. У Ростовского никогда ничего острого не бывает.

Если взять первые ваши два политических разворота, то на них стоят аж 5 больших публицистических текстов. Наряду с двумя упомянутыми Ростовскими — это еще Калинина «Распил по-научному» и два мнения в «свободной теме». Мне кажется, это противоестественное начало газеты. Вообще, «Свободная тема» в сетке, на мой взгляд, рановато стоит. Она фактически открывает региональные выпуски газеты. В московском ежедневном МК — эти мнения все же гораздо дальше стоят (если взять всю площадь номера). Странно начинать выпуски с мнений, причем зачастую сильно противоречащих настроениям большинства населения страны. Очень это не рыночно. Мы ведь все-таки должны продавать газету. Выборы вообще-то показали настроения в обществе. Либеральный сегмент все больше становится маргинальным. Почему же вы по-прежнему его эксплуатируете в таком огромном объеме? Ведь покупка газеты — это тоже своего рода выбор. Человек таким образом тоже голосует. Публикуя в таком количестве непопулярные мнения ( и кстати, не всегда подкрепленные серьезной аргументацией), вы заведомо сокращаете число потенциальных покупателей газеты, что отражают и данные соцопросов, которые вы нам периодически присылаете. Предлагаю ставить полосу «свободная тема» не в начале блока политических материалов, а в конце.
Да еще политические темы в газете весьма специфические — далекие от того, что интересует людей. Много ковыряния во внутрипарламентских, внутрипартийных делах. Специфическое чтение накладывается на специфическое оформление.

«Часто на политических полосах — перебор карикатур. Да они еще и стоят, как правило, на соседних полосах. Но карикатура — специфический оформительский элемент, им нельзя злоупотреблять. Это, как публицистика в текстах (см. Выше)

Часто нам присылают „слепые“ полосы, в которых фотки зажаты массивами текста. Или вместо одного крупного фото пришлете три мелких. При нашем качестве печати их бывает не разглядеть. В результате газета производит отталкивающее впечатление.

В последнее время стали чаще подписывать фотки. Но иногда все равно забываете это сделать — читателю приходится гадать, кто или что на них изображено.»

Зажатые полосы в изобилии представлены все в том же номере 40. «Имитация лечения» Калининой — ужасно слепая. Это даже не вчерашний день, а что-то из советских газет. Вы когда обкарнываете свои тексты, вышедшие у вас в цвете и на формате А2, не забывайте, что у нас в регионах формат А3 и ваши тексты в наших выпусках чернобелые! Ну ведь полное убожество получается. Публиковать такое сегодня в газетах — себя не уважать. Мы конкурируем с Интернетом и другими газетами, которые давно уже перешли на полноцвет. А у нас полгазеты ЧБ, да еще и фотки микроскопические. Как например, статья «Прах дружбы народов» в номере 40 — три убогих малюсеньких любительских фотки (лучше поставить одну, но хотя бы крупно). На них ничего не разглядишь. Сюжета в фотках нет. Подписей нет. Туши свет! И это типично для московских полос. В каждом номере больше половины именно таких полос.

В номере 40 «Собирайтесь папы в кучу!» — то же самое. И даже подборка «А чего стыдиться» не столько читабельная, сколько по идее смотрибельная (о звездах и их детях) из-за гороха мелких фотографий выглядит убого. Хэлли Бери в купальнике, напечатанная в газете — одно темное пятно. Лучше бы выкинули несколько звезд, зато остальных дали покрупнее. В чем здесь был смысл запихивать столько текста? Ведь это же не какой-то читабельный эксклюзивный гвоздь, а голимый Интернет.

«Обзорные культурные тексты, например, про разводы звезд носят заведомо вторичный интернетный характер — вся инфа про это есть в Интернете и уже не раз была обсосана другими СМИ. Лучше дать свой эксклюзив: происшествия в семьях звезд, скандалы, интересные судьбы. Пусть интервью берутся по поводам, а не по случаю юбилеев.»</i >

Вообще в последнее время мы сократили количество своих полос и периодически ставим московские допы. Но выбор этих допов крайне оскудел — в основном получаем всякие такие Интернет-солянки. А хочется гвоздь, судьбу какую-нибудь.

Следующая полоса номера 40 «Развестись с Джоли…«— та же история. Микрофотки, даже лица Джоли и Пита толком не различимы Про вторую микрофотку к тексту «Развод по —русски» вообще молчу. Есть у вас и такая привычка — ставить абстрактные фотографии, а когда они еще и мелко даются, то напоминают, скорее, какие-то оформительские заплатки.

«Культурные интервью преимущественно привязаны к дням рождений деятелей культуры. Эти деятели нашумят со своими интервью на телеке и в других СМИ, а потом, после всех, спустя неделю и у нас появляются. Мы — последние в этом хоре. По мне так лучше их вообще не давать, а найти свой чистый неюбилейный культурный эксклюзив.

— Совершенно не устраивает спорт. Он то есть, то его нет».

Предлагаю также подумать насчет отмены обязательных двух шрифтов в лидах текстов. У себя же в основном номере вы такого не делаете. У вас часто бывает, что, когда на полосе не один текст, а несколько, получается каша из этих шрифтов. Взгляните в том же номере 40 на колонку Калининой. Неудобоваримая же визуально надстройка получилась из пяти (!) разных написаний букв. И все разных размеров. «Злоба дня» — один, «Юлия Калинина, обозреватель» — другой, заголовок — третий, двухшрифтовой лид — четвертый и пятый.

«Хотелось бы получать от Москвы в каждом номере:

• Только яркие, эксклюзивные тексты на темы политики, а не все подряд, что написали на неделе уважаемые публицисты.
• Интервью с известными деятелями (не только культуры), министрами, учеными и т. п.
• Человеческие судьбы.
• Популярная экономика ( но ее вроде вы и так стараетесь давать).
• Расследование, интересный криминал.
• Социалка с уклоном в потребиловку — проблемы, которые всех волнуют, чего ждать людям, как уберечься от разных опасностей, афер, непродуманных решений властей.
• Журналист меняет профессию.
• Наука и лженаука (но только не в виде куцых заметок, задавленных рекламой)
• Авто на грани с социалкой (разбор важных для автомобилистов решений, опять же с советами и толковыми мнениями экспертов — сейчас нам часто присылают какие-то частные автоистории, плохо отработанные по-журналистски)
• Эксклюзив на культурные темы: хорошее задушевное или пронзительное интервью, обсуждение резонансных произведений и событий с их авторами и героями, скандалы, происшествия.
• Спорт от первого лица спортсменов, тренеров. Судьбы спортсменов прошлого и настоящего. Конфликты, скандалы (мне например понравился июньский текст про польских футбольных хулиганов)»

— Влад, привет.
Поскольку ты в фейсбуке не присутствуешь, а Олег Воробьев выкладывает всю информацию там, я тебе пересылаю текст моего коммента к обзору. Думаю, тебе его вряд ли переслали менеджеры.

Вообще, я очень давно не листала МК в Питере. И хотя у меня трепетное отношение и к тебе и Питеру в целом, включая МК, я была удивлена и раздосадована, полистав несколько номеров. Понимаю, что у тебя исторически сложившиеся отношения «с центром». И ты парень со своими мнением на все. Я в данном случае выступаю как хранитель общего формата и бренда МК. И у меня сложилось впечатление, что я держу совершенно самостоятельный продукт, который по большому счету от МК имеет только логотип на обложке.
Это мое мнение, которое ты можешь учесть, а можешь работать в прежнем ключе, ибо, по словам Олега, экономические показатели у вас хорошие, а тираж растет.
И все же я надеюсь, ты отнесешься с вниманием к моему обзору и воспримешь мои замечания и пожелания конструктивно. Если нужно, я могу пояснить на конкретных примерах ваших номеров. И еще жаль, что ты даже в Москву не приезжаешь на семинары. Я бы с удовольствием поговорила с тобой и обсудила все это не по почте и не по телефону.

— Привет, Оля! Твой обзор и последующее письмо получил. Обрадовался сравнению с армейским дедом, страдающим вседозволенностью и снисходительностью. Благодарен за положительную оценку — «четверку». Но без комментария оставить прочитанное не могу.

Оля, а тебе не приходила в голову мысль, о том, что наши экономика и тираж потому и держатся, что мы делаем ДРУГУЮ газету? О каком бренде и формате ты говоришь? Форматы еженедельного и ежедневного МК отличаются, как день и ночь. Такое ощущение, что эти две газеты движутся в противоположных направлениях. Одна прогрессирует, другая деградирует. Я тут листал старые номера за 2007-2008 годы. Там была еще старая верстка, отмену которой мы все, включая меня, приветствовали из-за ее пестроты и излишней сложности. А зря. Новая верстка на практике оказалась еще хуже. Ваши полосы — черно-белые, и их по определению надо как-то более или менее нормально оформлять, чтобы они не проигрывали цветным (ведь у наших конкурентов КП и АиФа — давно уже полноцвет). Вместо этого вы часто шлете нам кирпичи с крошечными зажатыми, скучными по сюжету фотками, обилием текста и совершенно без врезов (на отсутствие которых ты нам пеняешь, хотя у нас они все-таки появляются более или менее регулярно).


И это касается всего — в том числе и контента, и обложки. Взять, к примеру сегодняшний номер. «Владимир Путин не станет царем» — заголовок. «Но допускает, что пойдет в 2018 году на четвертый срок» — подзаг. Да это новость отовсюду лилась в понедельник! Из всех ТВ-каналов и Интернет-СМИ. А во вторник она лилась из газет. А вы предлагаете нам выйти с ней в среду. Петербуржцы, что в вакууме живут? В глухой деревне? Вы хотите на эту два дня, как устаревшую новость ловить читателей в городе с бешеной информационной конкуренцией? Зачем вы навязываете нам провинциальность? Конечно, я не мог оставить такой вынос. И так происходит очень часто. Тут дело не в моем «самостоятельном мнении на все», а в моем элементарном знании ситуации и информационной картины. Например, ситуации с «острой политикой». Да, у нас ее мало. Но политика — не самоцель. Вы в своей первой московской тетрадке этой «острой политикой» читателя перекармливаете. И если еще и мы начнем этим заниматься, ему плохо станет. Лучше уж разнообразить набор тем — дать то, что вы не даете. Пишем о политике не в каждом номере, а по необходимости — когда есть, что сказать. Да и нет в Питере нынче особой политики. Все назначенцы — московские. Кроме того, у нас сейчас, как впрочем и всегда, непростая ситуация. Нам нельзя ссориться со Смольным. Он на протяжении последнего года элементарно помогал нам выживать — давал гранты, возможность подработки в некоторых проектах. Сейчас эти проекты крякнули и опять надо как-то решать финансовый вопрос, не исключено, что с помощью Смольного. Кстати, у КП, когда я там работал, да видимо и сейчас (судя по местным страницам газеты) есть принцип — вообще не писать о политике в региональных вкладках. И он, в чем-то, правильный. Писать интересно, то есть остро, часто бывает опасно, губительно для местной редакции — это прерогатива центральной КП. А писать никак или жопу власти лизать — для нас, например, непозволительная роскошь. Во-первых, читатель заметит и отвернется. Во-вторых, у нас слишком мало полос, каждая — на вес золота. Лучше гвоздь какой-нибудь опубликовать. Например, тот самый текст в номере от 24 сентября, про туроператоров. Он самый забойный в номере и очень важный для читателей — откровения директора турагенства — читается на одном дыхании. У вас я ничего подобного не встречал. Снимок — крупный (на 4 колонки (!) живой, интересный. Есть главки, есть врез, который помещен в полосу вовсе не «для украшения». Он очень важен по сути сам по себе — дает совершенно оригинальное и, похоже, верное объяснение кризису на туррынке. На полосе есть второй снимок. Она не кажется убитой. Предлагаю для контраста открыть в том же номере вашу московскую полосу про Навального под рубрикой «свободная тема»: два текста по полполосы. Это же полный трендец! Ни главок, ни врезов и всего одна на всю полосу малюсенькая фотка в левом верхнем углу на 1 колонку (!) — привет из партийной прессы 70-х годов. Рядом другая полоса — такой же кирпич про Крым. Примерно такие же полосы про образование и про пенсионеров. И еще про тариф на смерть и про военно-полевой роман и про багдадского вора-любовника. Добрая половина всех московских полос — слепые, без врезов, без главок. Если бы мы делали такую же газету, давно бы уже потеряли тираж, как, кстати, теряют его в Питере вышеупомянутые конкуренты, при том, что москвичи присылают им довольно интересный контент. А мы умудряемся держать своего читателя, находясь в казалось бы заведомо проигрышных условиях по сравнению с ними (цена газеты, цвет, количество полос, зарплаты сотрудников). Умудряемся потому, что вкладываем душу и все силы в наш общий продукт. Относимся к этой газете и к нашим читателям, и к журналистике, и к московским коллегам, и к тебе Оля, с любовью!

Мой сайт использует файлы cookie для того чтобы вам было приятнее находиться на нем